Monday, December 5, 2016

Материалы для моделирования

Вопрос, который часто задают заказчики: какие материалы необходимы для создания модели по оценке воздействия здания на подземные воды и определения величины водопритоков в котлован?
Отвечаю:

  1. Проектные решения связанные с воздействием на подземные воды
  2. Топоснова
  3. Разрезы
  4. Отчет по инженерно-геологическим изысканиям
  5. Колонки скважин
Наличие первых трех пунктов — критично. Остальные пункты указаны в порядке уменьшения важности.

Monday, May 23, 2016

Особенности национального проектирования

В настоящее время имею удовольствие работать над одним интересным и сложным объектом, связанным с крупным техногенным вмешательством в геологическую среду. Масштабы и важность объекта таковы, что строительство идет под бдительным вниманием властьимущих. Однако, одним надзором дело не ограничивается. Генподрядчик, как оно обычно у нас бывает — кум-сват-брат замминистра по «самым важным вопросам». Опыта строительства и проектирования у этого свата-брата — ноль целых, ноль десятых, но гонору и хотелок — выше крыши. Среди сотрудников фирмы есть толковые ребята, но и у них опускаются руки от зашкаливающего уровня бреда. Как пример: под давлением очень крупного чиновника на объекте был реализован один крайне неудачный проект: водонепроницаемая «стена в грунте» вдоль берега, преградившая фильтрацию грунтовых вод в сторону естественной дрены. Как следствие: защитная мера, призванная защитить территорию от затопления паводковыми водами из реки (что случается от силы пару раз в год), привела к перманентному подтоплению огромной площади водами грунтовыми. Этот эффект отлично виден на модели и наблюдается в натуре. Все это мы показали представителям генподрядчика, на что те многозначительно поцокали языком и сказали, что у того самого «очень крупного чиновника» (не у него лично — у аффилированной фирмы) осталось еще очень много материалов для строительства «стен в грунте», поэтому хотим мы или не хотим, но имеющаяся конструкция берегоукрепления будет продлена еще на несколько километров.
Впрочем, нам грех жаловаться: моя модель позволит потом с легкостью обсчитывать дренажные конструкции, без которых они теперь уж точно не обойдутся, хотя могли бы. Подозреваю, что и генподрядчик с «очень важным чиновником» в накладе не останутся.
Вот так сбывается известное утверждение о том, что в нашей стране на 10 сворованных рублей приходится 1000 бездарно профуканных.

Wednesday, April 6, 2016

Признание

Попал мне в руки один отчет, написанный коллегой, посвященный борьбе с распространением загрязнения от одной из многочисленных подмосковных свалок ТБО. Отчет в целом неплохой, хотя есть корявые моменты в схематизации и проблемы с четкость формулировок, но вот что бросилось в глаза: структура отчета и текст почти всех глав очень похожи на мои «творения». Одна глава так и вовсе слово в слово списана с моей.
Подозреваю, что кто-то где-то использует мои отчеты в качестве примера. Скорее всего при обучении специалистов, либо в экспертизе показывают «как надо».
Приятно, черт возьми. И да, хоть я и не против такого использования своих наработок, но не уверен, что со мной согласятся мои заказчики, являющиеся фактическими владельцам всех прав (кроме авторских, разумеется) на эти, с позволения сказать, произведения.

Tuesday, March 8, 2016

Гидрогеологический дайджест

Thursday, March 3, 2016

Расчет-недорасчет

Бывает так, что нормативная база входит в противоречие со здравым смыслом. Скажем больше, в отдельных областях хозяйственной деятельности такое положение вещей является скорее нормой, чем исключением. В нашем случае такое тоже случается. К примеру, по московским нормативам, если подземная часть проектируемого здания будет заглублена более чем на 10 метров от поверхности земли, то для такого здания надо делать расчет влияния на грунтовые воды. Даже если вода залегает на 25 метрах и даже в страшном сне не поднимается до отметок, сопоставимых с дном котлована. А «гидропрогноз» делать надо, никуда не денешься, иначе экспертизу не пройдешь. Что делать?
Что делать, что делать. Выкручиваться. Естественный уровень грунтовых вод в течение года «гуляет» вверх-вниз с амплитудой примерно в 1-2 метра. Соответственно, если от дна котлована до УГВ меньше метра, то можно посчитать прогноз для повышенных (паводковых) уровней подземных вод, задав повышенную инфильтрацию, к примеру. Котлован естественно затопит, с чем мы доблестно будем бороться методами открытого водоотлива и даже будем знать примерную величину водопритока. Ерунда, конечно, но формально требования законодательства мы выполнили.
Однако бывает так, что никакими сезонными колебаниями не заставишь подземные воды затопить котлован. В этом случае я даю прогнозную картинку с «паводковыми» уровнями, показываю на ней, что даже в случае ужасного паводка котлован останется сухим. Далее для наукообразия делаю простой расчет: Δω=ω∙S, где: ω — величина инфильтрации, а S — площадь здания, ну а Δω, соответственно, — величина дефицита инфильтрации, возникающего в результате строительства. Халтура, но опять же, формально влияние здания на подземные воды учтено.

Wednesday, February 3, 2016

Основание для «стены в грунте»

Как я уже писал ранее, т.н. «стена в грунте» — далеко не всегда оказывается надежной преградой для фильтрации грунтовых вод в котлован. Тогда я отмечал качество строительных работ. Однако, это не единственная проблема при использовании этого метода защиты от подтопления.
Бывает так, что не только строители оказываются виноваты в возникновении бассейна на том месте, где ожидается подземный гараж. Весьма распространенная ошибка гидрогеолога-модельера заключается в неправильном выборе грунта основания для проектируемой «стены в грунте». Стена, заглубленная на метр-полтора в суглинки или супеси, не защитит котлован от подземных вод. Поток «ныряет» под стену и благополучно разгружается восходящей фильтрацией внутри периметра. В то же время, инженерную задачу укрепления стен котлована такая стена решает в полной мере.
Особенно коварны в этом плане широко распространенные в Москве отложения волжского яруса верхней юры (J3v), представленные суглинками и глинами с частыми прослоями водонасыщенных песков. Практически всегда эти отложения подстилаются глинами оксфордского яруса (J3ox). Коллеги часто допускают ошибку, задавая в качестве нижней (непроницаемой) границы модели волжские суглинки. При калибровке модели эта ошибка практически никогда не всплывает, т.к. вклад этого «горизонта» в плановую фильтрацию практически незаметен. Затем гидрогеолог без тени сомнения задает на модели стену в грунте до кровли волжских отложений, постулируя их непроницаемость. Но суглинки может и были непроницаемые при типичных градиентах плановой фильтрации в 0,005, но когда градиент достигает величины 5 и более, тут кто угодно «зафильтрует». Если мы хотим с помощью «стены в грунте» защититься от подземных вод, то «ставить» её надо только на мощные водоупорные отложения (региональный водоупор из оксфордских глин - хороший кандидат), заглубляясь туда на несколько метров, увеличивая путь обходной фильтрации.
Последнее слово всегда остается за проектировщиками и строителями, но уже на этапе изысканий (а гидрогеологические прогнозы делаются именно на этом этапе) должно быть четко отмечено: «стена в грунте» на суглинках - плохая преграда для подземных вод. И если проектировщик выбирает именно такую конструкцию, то он сразу должен проектировать и дренаж (кольцевой, а лучше пластовый), если не хочет бассейна на месте котлована. Я в своих отчетах этот момент всегда подчеркиваю, чтоб потом ни у кого не возникало желания повесить на меня всех собак — типа не предупредил, не сказал, что стена не стена и т.п.

Sunday, August 16, 2015

Гидрогеологические исследования в местах развития ММП

Волею судеб занесло меня на месяц на Чукотку. Собственно говоря, я пока отсюда не уехал — пишу практически «из горящего танка». Занимаюсь оценкой гидрогеологических условий на будущем большом карьере (точнее не скажу, т.к. «коммерческая тайна»). Основных сложностей две:
  1. За работу взялись очень поздно — предварительная программа работ была готова только в апреле, когда зимник, по которому сюда можно привезти серьезное оборудование, уже растаял.
  2. Рудоносный массив пород, по всей видимости, характеризуется крайне низкой водопроницаемостью — простейшая прокачка желонированием привела к полному осушению скважины, а восстановление уровня по предварительным прикидкам займет больше месяца.
Ежедневно приходится придумывать новые способы оптимизации процесса изысканий, чтоб и опыт представительный сделать, и буровиков поскорее на следующую скважину перевести, дабы простоев не было. Очевидно, что в условиях отсутствия должного оборудования (в частности, лебедки и компрессора для эрлифта), такая оптимизация становится весьма творческой задачей.
Но не подумайте, что я жалуюсь. О таком поле я давно мечтал и знал на что иду.

Wednesday, February 18, 2015

О разделении труда

На днях пришло письмо от проектировщика ВК (водоснабжение и канализация) с просьбой помочь в расчете водопритока к дренажу с «верховодки». У человека явно серьезные проблемы с понятийным аппаратом (не потому что дурак, а потому что не учат у нас проектировщиков гидрогеологии, и правильно делают), но надо формулу найти и надо как-то ее применить. Нашли формулу, но из формулы стало ясно, что ничего не ясно — водоприток то с «верховодки» целиком и полностью определяется формой и размерами линзы водоупора, на котором образовалась эта «верховодка». Отсюда возникает необходимость в дополнительных инженерно-геологических изысканиях. В общем, все грустно.
И вот так оно везде. Для меня навсегда останется загадкой: почему проектировщиков регулярно заставляют заниматься гидрогеологическими расчетами, тогда как гидрогеологов довольно редко просят что-то проектировать. Хотя и такое случается, особенно в области лицензирования месторождений подземных вод. С довольно закономерным результатом, надо заметить. Уверен, что любой настоящий проектировщик будет со слезами от смеха смотреть на все эти «писульки», что называются у нас «проектом» водозабора или разработки месторождения.